Рассматриваются проблемы толкования и применения уголовно-правового и административно-правового институтов деятельного раскаяния («программ смягчения») применительно к картелям. Дано определение понятия эффективности института деятельного раскаяния как способность данного института достигать предусмотренных законом целей (в совокупности или в конкретном сочетании):1) прекращение совершаемого правонарушения (преступления) («явка с повинной»); 2) оказание помощи в расследовании соответствующего административно- го правонарушения (преступления); 3) компенсация причиненного его правонарушением (преступлением) вреда; 4) отказ от совершения подобных правонарушений (преступлений) в будущем. Исследуется условие квадроединства названных целей.Отмечается, что к числу основных факторов снижения эффективности административно-правового и уголовно-правового институтов деятельного раскаяния («программ смягчения») применительно к картелю относится правовая несогласованность данных институтов.Вносятся предложения по внесению изменений в п. 3 примечаний к ст. 178 УК РФ и примечание 1 к ст. 14.32 КоАП РФ в целях сближения соответствующих институтов деятельного раскаяния.Обосновывается необходимость законодательного закрепления общих процедурных правил реализации лицом, участвовавшим в заключении картеля, предоставленного ему законом права на деятельное раскаяние.
The problems of interpretation of criminal law and administrative law institutes of active repentance (“leniency programmes”) in relation to cartels are considered.The definition of the effectiveness of the institution of active repentance is given as the ability of this institution to achieve the goals stipulated by law (in the aggregate or in a particular combination): 1) termination of the committed offense (crime) (“surrender”),2) assistance in investigating the relevant administrative offense (crime), 3) compensation for the harm caused by his offense (crime), 4) refusal to commit such offenses (crimes) in the future.The condition of the quadunity of these goals is investigated. It is noted that among the main factors reducing the effectiveness of administrative law and criminal law institutions of active repentance (“leniency programmes”) in relation to a cartel is the legal inconsistency of these institutions.Proposals are being made to amend par. 3 of the Notes to Art. 178 of the Criminal Code of the Russian Federation and Note 1 to Art. 14.32 of the Code of the Russian Federation Code of Administrative Offenses iin order to bring together the relevant institutions of active repentance.The necessity of legislative consolidation of general procedural rules for the implementation of the person who participated in the conclusion of the cartel, the law granted him the right to active repentance is substantiated.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.